Официально: мировой порядок разрушен

На Мюнхенской конференции по безопасности большинство лидеров объявили мировой порядок, сложившийся после 1945 года, мертвым, а картина, стоящая за этим, была изложена в Докладе о безопасности 2026 года под названием «В процессе разрушения» (Under Destruction), который вы можете прочитать здесь, если вам интересно. В частности, канцлер Германии Фридрих Мерц сказал: «Мирового порядка, каким он был на протяжении десятилетий, больше не существует», и что мы находимся в периоде «политики великих держав». Он ясно дал понять, что свобода «больше не является данностью» в этой новой эре. Президент Франции Эммануэль Макрон поддержал оценку Мерца и заявил, что старые структуры безопасности Европы, привязанные к прежнему мировому порядку, больше не существуют, и что Европа должна готовиться к войне. Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что мы находимся в «новой геополитической эре», потому что «старый мир» исчез.

Выражаясь моим языком, мы находимся на 6-м этапе Большого цикла, для которого характерен огромный беспорядок, возникающий из-за отсутствия правил, принципа «кто силен, тот и прав», и столкновения великих держав. То, как работает Этап 6, подробно объясняется в главе 6 «Большой цикл внешнего порядка и беспорядка» в моей книге Принципы изменения мирового порядка. Хотя ранее я делился большим набором отрывков из главы 5 («Большой цикл внутреннего порядка и беспорядка»), чтобы вы могли увидеть, как происходящее в Соединенных Штатах соответствует классическому циклу, описанному в той главе, здесь я привожу всю главу 6 для вашего ознакомления. Учитывая почти всеобщее согласие с тем, что мировой порядок, сложившийся после 1945 года, разрушен и что мы вступаем в новый мировой порядок, я думаю, что это стоит прочитать.

Глава 6: Большой цикл внешнего порядка и беспорядка

Отношения между людьми и порядками, которые ими управляют, работают в основном одинаково, будь то внутренние или внешние отношения, и они смешиваются друг с другом. На самом деле, не так давно не было различий между внутренними и внешними порядками, потому что не существовало четко определенных и взаимно признанных границ между странами. По этой причине шестиэтапный цикл перехода между порядком и беспорядком, который я описал в прошлой главе о том, что происходит внутри стран, работает так же и между странами, с одним большим исключением: международные отношения движимы в гораздо большей степени динамикой грубой силы. Это связано с тем, что все системы управления требуют эффективных и согласованных 1) законов и способностей к законотворчеству, 2) возможностей правоприменения (например, полиция), 3) способов судебного разбирательства (например, судьи) и 4) четких и определенных последствий, которые соответствуют преступлениям и приводятся в исполнение (например, штрафы и тюремное заключение), а эти вещи либо не существуют, либо не так эффективны в регулировании отношений между странами, как в регулировании отношений внутри них.

Хотя предпринимались попытки сделать внешний порядок более подчиненным правилам (например, через Лигу Наций и Организацию Объединенных Наций), по большому счету они потерпели неудачу, потому что эти организации не обладали большим богатством и властью, чем самые могущественные страны. Когда отдельные страны обладают большей властью, чем коллективы стран, правят более могущественные отдельные страны. Например, если США, Китай или другие страны имеют больше власти, чем Организация Объединенных Наций, то США, Китай или другие страны будут определять, как пойдут дела, а не ООН. Это потому, что сила преобладает, а богатство и власть среди равных редко сдаются без боя.

Когда у могущественных стран возникают споры, они не заставляют своих юристов отстаивать свои дела перед судьями. Вместо этого они угрожают друг другу и либо приходят к соглашениям, либо воюют. Международный порядок следует закону джунглей гораздо больше, чем международному праву.

Существует пять основных видов борьбы между странами: торгово-экономические войны, технологические войны, войны капиталов, геополитические войны и военные столкновения. Давайте начнем с краткого определения каждого из них.

1. Торгово-экономические войны: Конфликты из-за тарифов, ограничений на импорт/экспорт и других способов нанести экономический ущерб сопернику

2. Технологические войны: Конфликты из-за того, какими технологиями делиться, а какие сохранять в качестве защищенных аспектов национальной безопасности

3. Геополитические войны: Конфликты из-за территорий и альянсов, которые разрешаются путем переговоров и явных или неявных обязательств, а не боевых действий

4. Войны капиталов: Конфликты, навязываемые с помощью финансовых инструментов, таких как санкции (например, перекрытие доступа к деньгам и кредитам путем наказания институтов и правительств, которые их предоставляют) и ограничение иностранного доступа к рынкам капитала

5. Военные столкновения: Конфликты, включающие реальную стрельбу и развертывание военных сил

Большинство конфликтов между нациями подпадают под одну или несколько из этих категорий (например, кибервойна играет роль во всех из них). Они ведутся за богатство и власть, а также за идеологии, относящиеся к ним.

Хотя большинство из этих типов войн не связаны со стрельбой и убийствами, все они являются борьбой за власть. В большинстве случаев первые четыре вида войн со временем эволюционируют в интенсивную конкуренцию между странами-соперниками, пока не начнется военная война. Эти виды борьбы и войны, независимо от того, связаны ли они со стрельбой и убийствами, являются проявлениями власти одной стороны над другой. Они могут быть тотальными или сдержанными, в зависимости от того, насколько важен вопрос и каковы относительные силы противников. Но как только начинается военная война, все четыре других измерения будут использованы в качестве оружия в максимально возможной степени.

Как обсуждалось в последних нескольких главах, все факторы, движущие внутренними и внешними циклами, имеют тенденцию улучшаться и ухудшаться одновременно. Когда дела идут плохо, появляется больше поводов для споров, что приводит к большей склонности к борьбе. Такова человеческая природа, и именно поэтому у нас есть Большой цикл, который колеблется между хорошими и плохими временами.

• Тотальные войны обычно происходят, когда на кону стоят экзистенциальные вопросы (те, которые настолько важны для существования страны, что люди готовы сражаться и умирать за них), и их невозможно разрешить мирными средствами. Войны, возникающие в результате этого, проясняют, какая сторона добивается своего и обладает превосходством в последующих вопросах. Эта ясность относительно того, кто устанавливает правила, затем становится основой нового международного порядка.

На следующей диаграмме показаны циклы внутреннего и внешнего мира и конфликтов в Европе, начиная с 1500 года, отраженные в количестве смертей, которые они вызвали. Как видите, было три больших цикла нарастания и спада конфликтов, в среднем около 150 лет каждый. Хотя крупные гражданские и внешние войны длятся недолго, они, как правило, являются кульминацией длительных конфликтов, которые к ним привели.

Хотя Первая и Вторая мировые войны по отдельности были обусловлены классическим циклом, они также были взаимосвязаны.

Как видите, каждый цикл состоял из относительно длительного периода мира и процветания (например, Ренессанс, Просвещение и Промышленная революция), который сеял семена для ужасных и жестоких внешних войн (например, Тридцатилетняя война, Наполеоновские войны и две мировые войны). Как подъемы (периоды мира и процветания), так и спады (периоды депрессии и войн) затрагивали весь мир. Не все страны процветают, когда процветают ведущие державы, потому что страны выигрывают за счет других. Например, упадок Китая примерно с 1840 по 1949 год, известный как «Век унижения», произошел из-за того, что западные державы и Япония эксплуатировали Китай.

Читая дальше, имейте в виду, что * две вещи, в которых можно быть наиболее уверенным относительно войны, это: 1) она пойдет не по плану и 2) она будет намного хуже, чем представлялось. Именно по этим причинам так много из следующих принципов касаются способов избежать горячих войн. И все же, ведутся ли они по веским причинам или по плохим, горячие войны случаются. Чтобы было ясно: хотя я считаю, что большинство из них трагичны и ведутся по бессмысленным причинам, некоторые из них стоит вести, потому что последствия отказа от борьбы (например, потеря свободы) были бы невыносимы.

ВНЕВРЕМЕННЫЕ И УНИВЕРСАЛЬНЫЕ СИЛЫ, ВЫЗЫВАЮЩИЕ ИЗМЕНЕНИЯ ВО ВНЕШНЕМ ПОРЯДКЕ

Как я объяснял в главе 2, после собственных интересов и самовыживания, стремление к богатству и власти — это то, что больше всего мотивирует людей, семьи, компании, штаты и страны. Поскольку богатство равно силе с точки зрения способности наращивать военную мощь, контролировать торговлю и влиять на другие нации, внутренняя и военная мощь идут рука об руку. Нужны деньги, чтобы покупать пушки (военная мощь), и нужны деньги, чтобы покупать масло (внутренние социальные нужды). Когда страна не может обеспечить достаточное количество того и другого, она становится уязвимой для внутренней и внешней оппозиции. Из моего изучения китайских династий и европейских империй я узнал, что финансовая мощь, позволяющая тратить больше своих соперников, является одной из самых важных сил, которыми может обладать страна. Именно так Соединенные Штаты победили Советский Союз в холодной войне. Потратьте достаточно денег правильными способами, и вам не придется вести горячую войну. Долгосрочный успех зависит от поддержания как «пушек», так и «масла» без создания излишеств, которые ведут к их упадку. Другими словами, страна должна быть достаточно сильной финансово, чтобы обеспечить своему народу как хороший уровень жизни, так и защиту от внешних врагов. По-настоящему успешные страны были способны делать это на протяжении 200–300 лет. Никому не удавалось делать это вечно.

Конфликт возникает, когда доминирующая держава начинает слабеть или когда развивающаяся держава начинает приближаться к ней по силе — или и то, и другое. * Наибольший риск военной войны возникает, когда обе стороны имеют 1) военные силы, которые примерно сопоставимы, и 2) непримиримые и экзистенциальные разногласия. На момент написания этой книги наиболее потенциально взрывоопасным конфликтом является конфликт между Соединенными Штатами и Китаем из-за Тайваня.

Выбор, с которым сталкиваются противоборствующие страны — либо сражаться, либо отступить, — очень трудно сделать. Оба варианта дорогостоящи: борьба с точки зрения жизней и денег, а отступление с точки зрения потери статуса, поскольку это демонстрирует слабость, что ведет к снижению поддержки. Когда два конкурирующих субъекта обладают силой уничтожить друг друга, оба должны иметь чрезвычайно высокое доверие к тому, что они не будут неприемлемо ущемлены или убиты другим. Однако грамотное управление «дилеммой заключенного» встречается крайне редко.

Хотя в международных отношениях нет правил, кроме тех, которые самые могущественные навязывают сами себе, некоторые подходы дают лучшие результаты, чем другие. В частности, те, которые с большей вероятностью приведут к взаимовыгодным результатам (win-win), лучше, чем те, которые ведут к взаимопроигрышным (lose-lose). Отсюда этот важнейший принцип: * чтобы получить больше взаимовыгодных результатов, нужно вести переговоры с учетом того, что наиболее важно для другой стороны и для себя, и знать, как обмениваться этим.

Умелое сотрудничество для создания взаимовыгодных отношений, которые одновременно увеличивают и хорошо распределяют богатство и власть, гораздо более выгодно и гораздо менее болезненно, чем войны, которые приводят к подчинению одной стороны другой. Видение вещей глазами противника и четкое определение и доведение до него своих «красных линий» (т.е. того, чем нельзя поступиться) — ключи к успешному выполнению этого. * Победа означает получение того, что наиболее важно, без потери того, что наиболее важно, поэтому войны, которые стоят гораздо больше жизней и денег, чем приносят выгод, глупы. Но «глупые» войны все равно случаются постоянно по причинам, которые я объясню.

Слишком легко скатиться в глупые войны из-за а) дилеммы заключенного, б) процесса эскалации «око за око», в) воспринимаемых издержек отступления для слабеющей державы и г) недопонимания, возникающего, когда решения нужно принимать быстро. Соперничающие великие державы обычно оказываются в ситуации дилеммы заключенного; им нужны способы заверить другую сторону, что они не попытаются убить ее, чтобы та не попыталась убить их первой. Эскалация по принципу «око за око» опасна тем, что требует от каждой стороны повышать ставки или потерять то, что враг захватил в предыдущем ходу; это похоже на игру «в труса» — зайдите слишком далеко, и произойдет лобовое столкновение.

Неправдивые и эмоциональные призывы, которые заводят людей, увеличивают опасность глупых войн, поэтому лидерам лучше быть правдивыми и вдумчивыми, объясняя ситуацию и то, как они с ней справляются (это особенно важно в демократии, где мнение населения имеет значение). Хуже всего, когда лидеры нечестны и эмоциональны в общении со своим населением, и еще хуже, когда они захватывают контроль над СМИ.

По большому счету, тенденция перехода между взаимовыгодными и взаимопроигрышными отношениями происходит циклически. Люди и империи более склонны к сотрудничеству в хорошие времена и к борьбе в плохие. Когда существующая великая держава приходит в упадок по отношению к восходящей державе, у нее возникает естественная тенденция хотеть сохранить статус-кво или существующие правила, в то время как восходящая держава хочет изменить их в соответствии с меняющимися фактами на местах.

Хотя я не знаю насчет части про любовь в поговорке «в любви и на войне все средства хороши», я знаю, что часть про войну верна. Например, во время Войны за независимость США, когда британцы выстраивались в ряды для боя, а американские революционеры стреляли в них из-за деревьев, британцы считали это нечестным и жаловались. Революционеры победили, считая британцев глупцами и полагая, что дело независимости и свободы оправдывает изменение правил войны. Так уж устроена жизнь.

Это подводит меня к одному последнему принципу: * имейте власть, уважайте власть и используйте власть мудро. Иметь власть — это хорошо, потому что власть всегда побеждает соглашения, правила и законы. В критический момент те, у кого есть власть либо навязать свою интерпретацию правил и законов, либо отменить их, получат то, что хотят. Важно уважать власть, потому что неразумно вступать в войну, которую проиграешь; предпочтительнее договориться о наилучшем возможном урегулировании (если только вы не хотите стать мучеником, что обычно делается по глупым эгоистическим причинам, а не по разумным стратегическим). Также важно использовать власть мудро. Использовать власть мудро не обязательно означает заставлять других давать вам то, что вы хотите — т.е. запугивать их. Это включает в себя признание того, что щедрость и доверие являются мощными силами для создания взаимовыгодных отношений, которые баснословно более выгодны, чем взаимопроигрышные отношения. Другими словами, часто бывает так, что использование своей «жесткой силы» — не лучший путь, и использование своей «мягкой силы» предпочтительнее.

Размышляя о том, как мудро использовать власть, также важно решить, когда достигать соглашения, а когда воевать. Для этого сторона должна представить, как ее власть изменится со временем. Желательно использовать свою власть для переговоров о соглашении, принуждения к соглашению или ведения войны, когда власть максимальна. Это означает, что имеет смысл воевать раньше, если относительная власть снижается, и воевать позже, если она растет.

Если вы находитесь во взаимопроигрышных отношениях, нужно выйти из них так или иначе, предпочтительно через разделение, хотя, возможно, через войну. Чтобы мудро распоряжаться своей властью, обычно лучше не демонстрировать ее, потому что это, как правило, заставит других чувствовать угрозу и наращивать свои собственные угрожающие силы, что приведет к взаимной эскалации, угрожающей обоим. С властью обычно лучше обращаться как со спрятанным ножом, который можно достать в случае драки. Но бывают времена, когда демонстрация своей силы и угроза ее использования наиболее эффективны для улучшения переговорной позиции и предотвращения драки. Знание того, что наиболее и наименее важно для другой стороны, особенно того, за что они будут и не будут сражаться, позволяет вам проложить путь к равновесию, которое обе стороны считают справедливым разрешением спора.

Хотя иметь власть в целом желательно, также желательно не иметь власти, которая вам не нужна. Это потому, что поддержание власти потребляет ресурсы, в первую очередь ваше время и ваши деньги. Кроме того, с властью приходит бремя ответственности. Меня часто поражало, насколько более счастливыми могут быть менее влиятельные люди по сравнению с более влиятельными.

ПРИМЕР ИЗ ИСТОРИИ: ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

Теперь, когда мы рассмотрели динамику и принципы, движущие циклом внешнего порядка и беспорядка, которые были выведены путем рассмотрения многих случаев, я хотел бы кратко рассмотреть случай Второй мировой войны, потому что он представляет собой самый недавний пример знаковой динамики перехода от мира к войне. Хотя это всего лишь один случай, он ясно показывает, как слияние трех больших циклов — т.е. перекрывающихся и взаимосвязанных сил цикла денег и кредита, цикла внутреннего порядка/беспорядка и цикла внешнего порядка/беспорядка — создало условия для катастрофической войны и заложило основу для нового мирового порядка. Хотя истории этого периода очень интересны сами по себе, они особенно важны, потому что дают уроки, которые помогают нам думать о том, что происходит сейчас и что может быть впереди. Самое важное, что Соединенные Штаты и Китай находятся в экономической войне, которая вполне может перерасти в военную войну, и сравнения между 1930-ми годами и сегодняшним днем дают ценную информацию о том, что может произойти и как избежать ужасной войны.

Путь к войне

Чтобы помочь передать картину 1930-х годов, я пробегусь по основным геополитическим моментам, приведшим к официальному началу войны в Европе в 1939 году и бомбардировке Перл-Харбора в 1941 году. Затем я быстро перейду к войне и началу нового мирового порядка в 1945 году, когда США находились на пике своего могущества.

Глобальная депрессия, последовавшая за Великим крахом 1929 года, привела к тому, что почти во всех странах возникли большие внутренние конфликты из-за богатства. Это заставило их обратиться к более популистским, автократическим, националистическим и милитаристским лидерам и политике. Эти движения были либо вправо, либо влево и происходили в разной степени, в зависимости от обстоятельств стран и силы их демократических или автократических традиций. В Германии, Японии, Италии и Испании чрезвычайно плохие экономические обстоятельства и менее устоявшиеся демократические традиции привели к крайним внутренним конфликтам и повороту к популистским/автократическим лидерам правого толка (т.е. фашистам), так же как в разные моменты времени Советский Союз и Китай, которые также переживали экстремальные обстоятельства и не имели опыта демократии, обратились к популистским/автократическим лидерам левого толка (т.е. коммунистам). США и Великобритания имели гораздо более сильные демократические традиции и менее суровые экономические условия, поэтому они стали более популистскими и автократичными, чем были, но не настолько, как другие нации.

Германия и Япония

Хотя Германия ранее была обременена огромными репарационными долгами после Первой мировой войны, к 1929 году она начала выходить из-под их гнета благодаря плану Юнга, который предусматривал значительное списание долгов и вывод иностранных войск из Германии к 1930 году. Но глобальная депрессия сильно ударила по Германии, приведя к почти 25-процентной безработице, массовым банкротствам и обширной бедности. Как это обычно бывает, шла борьба между популистами левого толка (коммунистами) и популистами правого толка (фашистами). Адольф Гитлер, ведущий популист/фашист, воспользовался настроениями национального унижения, чтобы разжечь националистическую ярость, выставляя Версальский договор и страны, которые его навязали, врагами. Он создал националистическую программу из 25 пунктов и сплотил вокруг нее поддержку. В ответ на внутреннюю борьбу и желание восстановить порядок Гитлер был назначен канцлером в январе 1933 года, получив большую поддержку своей нацистской партии от промышленников, опасавшихся коммунистов. Два месяца спустя нацистская партия получила наибольшую поддержку и больше всего мест в немецком парламенте (Рейхстаге).

Гитлер отказался платить какие-либо дальнейшие репарационные долги, вышел из Лиги Наций и взял под автократический контроль Германию в 1934 году. Занимая двойную роль канцлера и президента, он стал верховным лидером страны. В демократиях всегда есть законы, позволяющие лидерам захватывать особые полномочия; Гитлер захватил их все. Он воспользовался статьей 48 Веймарской конституции, чтобы положить конец многим гражданским правам и подавить политическую оппозицию со стороны коммунистов, и заставил принять Закон о чрезвычайных полномочиях, который позволял ему принимать законы без одобрения Рейхстага и президента. Он был безжалостен к любой оппозиции — он подвергал цензуре или брал под контроль газеты и радиовещательные компании, создал тайную полицию (Гестапо), чтобы выявлять и сокрушать оппозицию, лишил евреев прав гражданства, конфисковал финансы протестантской церкви и арестовал церковных чиновников, которые выступали против него. Объявив арийскую расу высшей, он запретил неарийцам служить в правительстве.

Гитлер применил тот же автократический/фашистский подход к восстановлению экономики Германии в сочетании с масштабными программами фискального и монетарного стимулирования. Он приватизировал государственные предприятия и поощрял корпоративные инвестиции, действуя агрессивно для повышения уровня жизни немцев-арийцев. Например, он создал Volkswagen, чтобы сделать автомобили доступными, и руководил строительством автобанов. Он финансировал это существенно возросшее государственное расходование, заставляя банки покупать государственные облигации. Созданные долги выплачивались за счет доходов компаний и центрального банка (Рейхсбанка), монетизирующего долг. Эта фискальная политика в целом хорошо сработала для достижения целей Гитлера. Это еще один пример того, как заимствование в собственной валюте и увеличение собственного долга и дефицита могут быть высокопродуктивными, если заемные деньги вкладываются в инвестиции, которые повышают производительность и приносят более чем достаточно денежного потока для обслуживания долга. Даже если это не покрывает 100 процентов обслуживания долга, это может быть очень экономически эффективным для достижения экономических целей страны.

Что касается экономических последствий этой политики, то, когда Гитлер пришел к власти в 1933 году, уровень безработицы составлял 25 процентов. К 1938 году он был равен нулю. Доход на душу населения увеличился на 22 процента за пять лет после прихода Гитлера к власти, а реальный рост составлял в среднем более 8 процентов в год в период с 1934 по 1938 год. Как показано на следующих графиках, немецкие акции выросли почти на 70 процентов в устойчивом тренде между 1933 и 1938 годами, до начала горячей войны.

В 1935 году Гитлер начал наращивать вооруженные силы, введя обязательную военную службу для арийцев. Военные расходы Германии росли намного быстрее, чем в любой другой стране, потому что немецкой экономике требовалось больше ресурсов для подпитки самой себя, и она намеревалась использовать свою военную мощь для их захвата.

Как и Германия, Япония также исключительно сильно пострадала от депрессии и стала более автократичной в ответ. Япония была особенно уязвима к депрессии, потому что, будучи островным государством без достаточных природных ресурсов, она полагалась на экспорт для получения дохода на импорт предметов первой необходимости. Когда ее экспорт упал примерно на 50 процентов в период с 1929 по 1931 год, Япония была экономически опустошена. В 1931 году Япония обанкротилась — т.е. была вынуждена использовать свои золотые резервы, отказаться от золотого стандарта и отпустить курс своей валюты, что обесценило ее настолько сильно, что у Японии закончилась покупательная способность. Эти ужасные условия и большие разрывы в благосостоянии привели к борьбе между левыми и правыми. К 1932 году произошел массовый всплеск правого национализма и милитаризма в надежде, что порядок и экономическая стабильность могут быть восстановлены силой. Япония задалась целью получить природные ресурсы (например, нефть, железо, уголь и каучук) и человеческие ресурсы (т.е. рабский труд), в которых она нуждалась, захватив их у других стран, вторгшись в Маньчжурию в 1931 году и распространяясь по Китаю и Азии. Как и в случае с Германией, можно утверждать, что путь военной агрессии Японии для получения необходимых ресурсов был более экономически эффективным, чем опора на классические торговые и экономические практики. В 1934 году в некоторых частях Японии был сильный голод, вызвавший еще большую политическую турбулентность и усиливший правое, милитаристское, националистическое и экспансионистское движение.

В последующие годы японская фашистская командная экономика сверху вниз укрепилась, создав военно-промышленный комплекс для защиты своих существующих баз в Восточной Азии и северном Китае и поддержки своих вторжений в другие страны. Как и в случае с Германией, хотя большинство японских компаний оставались в частной собственности, их производство контролировалось правительством.

Что такое фашизм? Рассмотрите следующие три больших выбора, которые должна сделать страна при выборе своего подхода к управлению:

1) принятие решений снизу вверх (демократическое) или сверху вниз (автократическое), 2) капиталистическое или коммунистическое (с социалистическим посередине) владение производством, и 3) индивидуалистическое (которое ставит благополучие личности превыше всего) или коллективистское (которое ставит благополучие целого превыше всего). Выберите одно из каждой категории, которое вы считаете предпочтительным подходом. Фашизм — это автократия, капитализм и коллективизм.

Фашисты верят, что автократическое руководство сверху вниз, при котором правительство направляет производство частных компаний так, что индивидуальное удовлетворение подчиняется национальному успеху, является лучшим способом сделать страну и ее народ богаче и могущественнее.

США и союзники

В США долговые проблемы стали разрушительными для американских банков после 1929 года, что сократило их кредитование по всему миру, нанеся ущерб международным заемщикам. В то же время депрессия создала слабый спрос, что привело к коллапсу импорта США и продаж других стран в США. По мере ослабления доходов падал спрос и возникало больше кредитных проблем в самоподдерживающейся нисходящей экономической спирали. США отреагировали переходом к протекционизму для защиты рабочих мест, повысив тарифы посредством принятия Закона Смута-Хоули о тарифах в 1930 году, что еще больше ухудшило экономические условия в других странах.

* Повышение тарифов для защиты отечественного бизнеса и рабочих мест в плохие экономические времена является обычным явлением, но это ведет к снижению эффективности, поскольку производство не происходит там, где оно может осуществляться наиболее эффективно. В конечном счете, тарифы способствуют большей глобальной экономической слабости, так как тарифные войны заставляют страны, которые их вводят, терять экспорт. Тарифы, однако, приносят пользу субъектам, которых они защищают, и они могут создавать политическую поддержку лидерам, которые их вводят.

Советский Союз еще не оправился от разрушительной революции 1917–1922 годов и гражданской войны, проигранной войны с Германией, дорогостоящей войны с Польшей и голода в 1921 году, и его терзали политические чистки и экономические трудности на протяжении 1930-х годов. Китай также страдал от гражданской войны, бедности и голода в 1928–1930 годах. Поэтому, когда в 1930 году ситуация ухудшилась и начались тарифы, плохие условия превратились в отчаянные условия в этих странах.

Что еще хуже, в 1930-х годах в США и Советском Союзе были засухи. * Вредные природные явления (например, засухи, наводнения и эпидемии) часто вызывают периоды больших экономических трудностей, которые в сочетании с другими неблагоприятными условиями приводят к периодам больших конфликтов. В сочетании с экстремальной государственной политикой миллионы людей погибли в СССР. В то же время внутренняя политическая борьба и страх перед нацистской Германией привели к чисткам сотен тысяч людей, которых обвинили в шпионаже и расстреляли без суда.

* Дефляционные депрессии — это долговые кризисы, вызванные тем, что у должников недостаточно денег для обслуживания своих долгов. Они неизбежно ведут к печатанию денег, реструктуризации долгов и программам государственных расходов, которые увеличивают предложение и снижают стоимость денег и кредита. Единственный вопрос — сколько времени потребуется государственным чиновникам, чтобы пойти на этот шаг.

В случае с США потребовалось три с половиной года с момента краха в октябре 1929 года до действий президента Франклина Д. Рузвельта в марте 1933 года. В первые 100 дней своего пребывания в должности Рузвельт создал несколько масштабных программ государственных расходов, которые оплачивались за счет большого повышения налогов и большого дефицита бюджета, финансируемого за счет долга, который монетизировала Федеральная резервная система. Он ввел программы трудоустройства, страхование по безработице, поддержку социального обеспечения и программы, дружественные к труду и профсоюзам. После его налогового законопроекта 1935 года, который тогда в народе называли «налогом „обдери богатых“», максимальная предельная ставка подоходного налога для физических лиц выросла до 75 процентов (против всего 25 процентов в 1930 году). К 1941 году максимальная ставка личного налога составила 81 процент, а максимальная ставка корпоративного налога составила 31 процент, начавшись с 12 процентов в 1930 году. Рузвельт также ввел ряд других налогов. Несмотря на все эти налоги и оживление в экономике, которое помогло повысить налоговые поступления, дефицит бюджета увеличился с примерно 1 процента ВВП до около 4 процентов ВВП, потому что увеличение расходов было очень большим. С 1933 по конец 1936 года фондовый рынок принес доход более 200 процентов, а экономика росла со стремительной средней реальной скоростью около 9 процентов.

В 1936 году Федеральная резервная система ужесточила денежно-кредитную политику для борьбы с инфляцией и замедления перегревающейся экономики, что привело к тому, что хрупкая экономика США снова скатилась в рецессию, а другие крупные экономики ослабли вместе с ней, что еще больше усилило напряженность внутри стран и между ними.

Тем временем в Европе конфликт в Испании между популистами левого толка (коммунистами) и популистами правого толка (фашистами) перерос в жестокую Гражданскую войну в Испании. Правый Франко при поддержке Гитлера преуспел в чистке левой оппозиции в Испании.

* В периоды серьезных экономических потрясений и большого разрыва в благосостоянии обычно происходит революционно масштабное перераспределение богатства. Когда это делается мирным путем, это достигается за счет значительного повышения налогов на богатых и большого увеличения денежной массы, что обесценивает требования кредиторов, а когда это делается насильственным путем, это достигается за счет принудительной конфискации активов. В США и Великобритании, хотя там происходило перераспределение богатства и политической власти, капитализм и демократия были сохранены. В Германии, Японии, Италии и Испании — нет.

* Перед тем как начнется горячая война, обычно идет экономическая война. Как правило, до объявления тотальных войн проходит около десятилетия экономических, технологических, геополитических войн и войн капиталов, в течение которых конфликтующие державы запугивают друг друга, проверяя пределы силы друг друга. Хотя 1939 и 1941 годы известны как официальное начало войн в Европе и на Тихом океане, конфликты на самом деле начались примерно за 10 лет до этого. В дополнение к экономически мотивированным конфликтам внутри стран и политическим сдвигам, которые возникли из них, все эти страны столкнулись с усилением внешних экономических конфликтов, поскольку они боролись за большие доли сокращающегося экономического пирога. Поскольку международными отношениями правит сила, а не закон, Германия и Япония стали более экспансионистскими и все чаще начали проверять Великобританию, США и Францию в конкуренции за ресурсы и влияние над территориями.

Прежде чем перейти к описанию горячей войны, я хочу подробнее остановиться на распространенных тактиках, используемых, когда экономические и капитальные инструменты превращаются в оружие.

Они были и остаются такими:

1. Замораживание/изъятие активов: Предотвращение использования или продажи врагом/соперником иностранных активов, на которые они полагаются. Эти меры могут варьироваться от замораживания активов целевых групп в стране (например, текущие санкции США в отношении иранского Корпуса стражей исламской революции или первоначальное замораживание США активов против Японии во время Второй мировой войны) до более суровых мер, таких как односторонний отказ от долга или прямая конфискация активов страны (например, некоторые высокопоставленные политики США говорят о невыплате наших долгов Китаю).

2. Блокирование доступа к рынкам капитала: Предотвращение доступа страны к своим собственным или рынкам капитала другой страны (например, в 1887 году Германия запретила покупку российских ценных бумаг и долга, чтобы помешать наращиванию военной мощи России; сейчас США угрожают сделать это Китаю).

3. Эмбарго/блокады: Блокирование торговли товарами и/или услугами в собственной стране, а в некоторых случаях и с нейтральными третьими сторонами, с целью ослабления целевой страны или предотвращения получения ею предметов первой необходимости (например, нефтяное эмбарго США в отношении Японии и перекрытие доступа ее судам к Панамскому каналу во время Второй мировой войны) или блокирование экспорта из целевой страны в другие страны, тем самым лишая их дохода (например, блокада Великобритании Францией во время Наполеоновских войн).

Если вы хотите узнать, как применялись эти тактики с 1600 года по настоящее время, информация доступна на сайте economicprinciples.org.

НАЧАЛО ГОРЯЧЕЙ ВОЙНЫ

В ноябре 1937 года Гитлер тайно встретился со своими высшими должностными лицами, чтобы объявить о планах расширения Германии для получения ресурсов и объединения арийской расы. Затем он претворил их в жизнь, сначала аннексировав Австрию, а затем захватив часть тогдашней Чехословакии, содержащую нефтяные ресурсы. Европа и США настороженно наблюдали, не желая быть втянутыми в очередную войну так скоро после разрушений Первой мировой войны.

Как и во всех войнах, неизвестных факторов было гораздо больше, чем известных, потому что а) соперничающие державы вступают в войны только тогда, когда их силы примерно сопоставимы (в противном случае это было бы глупо и самоубийственно для явно более слабой державы) и б) существует слишком много возможных действий и реакций, чтобы их можно было предвидеть. Единственное, что известно в начале горячей войны, это то, что она, вероятно, будет чрезвычайно болезненной и, возможно, разрушительной. В результате умные лидеры обычно вступают в них только в том случае, если другая сторона поставила их в положение, когда нужно либо сражаться, либо проиграть, отступив. Для союзников этот момент настал 1 сентября 1939 года, когда Германия вторглась в Польшу.

Германия выглядела неудержимой; в короткие сроки она захватила Данию, Норвегию, Нидерланды, Бельгию, Люксембург и Францию и укрепила свои союзы с Японией и Италией, у которых были общие враги и идеологическая близость. Быстро захватывая территории (например, богатую нефтью Румынию), армия Гитлера смогла сохранить свои существующие нефтяные ресурсы и быстро получить новые. Жажда природных ресурсов и их приобретение оставались главным двигателем нацистской военной машины, когда она продвигала свои кампании в Россию и на Ближний Восток. Война с Советами была неизбежна; вопрос был только в том, когда. Хотя Германия и СССР подписали пакт о ненападении, Германия вторглась в Россию в июне 1941 года, что втянуло Германию в чрезвычайно дорогостоящую войну на два фронта.

На Тихом океане в 1937 году Япония расширила свою оккупацию Китая, жестоко взяв под контроль Шанхай и Нанкин, убив около 200 000 китайских мирных жителей и разоруженных комбатантов только при захвате Нанкина. Хотя США оставались изоляционистами, они предоставили правительству Чан Кайши истребители и пилотов для противодействия японцам, вступив одной ногой в войну. Конфликты между США и Японией начали разгораться. Японский солдат ударил консула США Джона Мура Эллисона по лицу в Нанкине, а японские истребители потопили канонерскую лодку США.

В ноябре 1940 года Рузвельт выиграл перевыборы после кампании с обещанием удержать США от войны, хотя США уже предпринимали экономические действия для защиты своих интересов, особенно на Тихом океане, используя экономическую поддержку для помощи странам, которым они симпатизировали, и экономические санкции против тех, кому нет. Ранее в 1940 году военный министр Генри Стимсон инициировал агрессивные экономические санкции против Японии, кульминацией которых стал Закон о контроле за экспортом 1940 года. В середине 1940 года США перебазировали Тихоокеанский флот США на Гавайи. В октябре США усилили эмбарго, ограничив поставки «всего железа и стали в пункты назначения, кроме Великобритании и стран Западного полушария». План состоял в том, чтобы отрезать Японию от ресурсов, чтобы заставить их отступить из большинства захваченных ими районов.

В марте 1941 года Конгресс принял Закон о ленд-лизе, который позволял США давать взаймы или сдавать в аренду военные припасы странам, которые, по мнению США, действовали способами, «жизненно важными для обороны Соединенных Штатов», к которым относились Великобритания, Советский Союз и Китай. Помощь союзникам была хороша для США как геополитически, так и экономически, потому что они зарабатывали много денег, продавая оружие, продовольствие и другие предметы этим странам, которые вскоре должны были стать союзниками и которые изо всех сил пытались поддерживать производство, ведя войну. Но мотивы США не были полностью корыстными. У Великобритании заканчивались деньги (т.е. золото), поэтому США позволили им отложить оплату до окончания войны (в некоторых случаях полностью отказавшись от оплаты). Хотя это и не было прямым объявлением войны, ленд-лиз фактически положил конец нейтралитету Соединенных Штатов.

* Когда страны слабы, противоборствующие страны пользуются их слабостью для получения выгоды. У Франции, Нидерландов и Великобритании были колонии в Азии. Перенапряженные боевыми действиями в Европе, они не могли защитить их от японцев. Начиная с сентября 1940 года, Япония вторглась в несколько колоний в Юго-Восточной Азии, начав с Французского Индокитая, добавив то, что она назвала «Южной ресурсной зоной», к своей Великой восточноазиатской сфере сопроцветания. В 1941 году Япония захватила нефтяные запасы в Голландской Ост-Индии.

Эта японская территориальная экспансия была угрозой собственным амбициям США в Тихом океане. В июле и августе 1941 года Рузвельт отреагировал замораживанием всех японских активов в Соединенных Штатах, закрытием Панамского канала для японских судов и введением эмбарго на экспорт нефти и газа в Японию. Это отрезало три четверти торговли Японии и 80 процентов ее нефти. Япония подсчитала, что нефть у нее закончится через два года. Это поставило Японию в положение, когда ей пришлось выбирать между отступлением или нападением на США.

7 и 8 декабря 1941 года Япония начала скоординированные атаки на вооруженные силы США в Перл-Харборе и на Филиппинах. Это ознаменовало начало объявленной войны на Тихом океане, которая втянула США и в войну в Европе. Хотя у Японии не было широко признанного плана победы в войне, самые оптимистичные японские лидеры полагали, что США проиграют, потому что они вели войну на два фронта и потому что их индивидуалистическая/капиталистическая политическая система уступала авторитарным/фашистским системам Японии и Германии с их командными военно-промышленными комплексами. Они также верили, что у них больше готовности терпеть и умирать за свою страну, что является важным фактором того, какая сторона победит. * На войне способность выдерживать боль даже важнее, чем способность причинять боль.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ

Так же как стоит отметить, каковы классические тактики экономической войны, стоит отметить, какова классическая экономическая политика военного времени внутри стран. Она включает государственный контроль практически над всем, поскольку страна перенаправляет свои ресурсы с получения прибыли на ведение войны — например, правительство определяет: а) какие предметы разрешено производить, б) какие предметы можно покупать и продавать и в каких количествах (нормирование), в) какие предметы можно импортировать и экспортировать, г) цены, заработную плату и прибыль, д) доступ к собственным финансовым активам и е) возможность выводить свои деньги из страны. Поскольку войны стоят дорого, обычно правительство ж) выпускает много долгов, которые монетизируются, з) полагается на некредитные деньги, такие как золото, для международных транзакций, потому что его кредит не принимается, и) правит более авторитарно, к) накладывает различные виды экономических санкций на врагов, включая перекрытие их доступа к капиталу, и л) сталкивается с тем, что враги накладывают эти санкции на него.

Когда США вступили в европейскую и тихоокеанскую войны после нападения на Перл-Харбор, в большинстве стран была введена классическая экономическая политика военного времени лидерами, чьи более авторитарные подходы пользовались широкой поддержкой населения. В следующей таблице показаны эти меры экономического контроля в каждой из основных стран.

Движения рынка в годы горячей войны сильно зависели как от государственного контроля, так и от успехов стран в сражениях, поскольку шансы на победу и поражение менялись. В следующей таблице показаны меры контроля над рынками и потоками капитала, которые были введены основными странами в годы войны.

Закрытие фондовых бирж было обычным явлением в ряде стран, оставляя инвесторов в акции без доступа к их капиталу. Я также должен отметить, что деньги и кредит обычно не принимались между не союзными странами во время войны из-за оправданной настороженности по поводу того, будет ли валюта иметь какую-либо ценность. Как отмечалось ранее, золото — или, в некоторых случаях, серебро или бартер — является монетой во время войн. В такие времена цены и потоки капитала обычно контролируются, поэтому трудно сказать, каковы реальные цены на многие вещи.

Поскольку проигрыш в войне обычно ведет к полному уничтожению богатства и власти, движения тех фондовых рынков, которые оставались открытыми в годы войны, в значительной степени определялись успехами стран в ключевых битвах, поскольку эти результаты меняли вероятность победы или поражения для каждой стороны. Например, немецкие акции показывали лучшие результаты в начале Второй мировой войны, когда Германия захватывала территории и устанавливала военное господство, в то время как они показывали худшие результаты после того, как союзные державы, такие как США и Великобритания, переломили ход войны. После битвы за Мидуэй в 1942 году акции союзников почти непрерывно росли до конца войны, в то время как акции стран Оси оставались на прежнем уровне или падали. Как показано, фондовые рынки Германии и Японии были закрыты в конце войны, не открывались около пяти лет и были практически уничтожены, когда открылись, в то время как акции США были чрезвычайно сильны.

Защитить свое богатство во времена войны трудно, так как нормальная экономическая деятельность сворачивается, традиционно безопасные инвестиции перестают быть безопасными, мобильность капитала ограничивается, и вводятся высокие налоги, когда люди и страны борются за выживание. Защита богатства тех, у кого оно есть, не является приоритетом по сравнению с необходимостью перераспределения богатства туда, где оно больше всего нужно. Что касается инвестирования, продавайте все долги и покупайте золото, потому что войны финансируются за счет заимствований и печатания денег, что обесценивает долг и деньги, и потому что существует оправданное нежелание принимать кредит.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

У каждой мировой державы есть свое время расцвета, благодаря уникальности их обстоятельств и природе их характера и культуры (например, у них есть основные элементы сильной трудовой этики, ума, дисциплины, образования и т.д.), но все они в конечном итоге приходят в упадок. Некоторые делают это более изящно, чем другие, с меньшими травмами, но они тем не менее приходят в упадок. Травматичные падения могут привести к одним из худших периодов в истории, когда большие битвы за богатство и власть оказываются чрезвычайно дорогостоящими как экономически, так и в человеческих жизнях.

И все же цикл не обязательно должен протекать таким образом, если страны на этапах своего богатства и могущества остаются продуктивными, зарабатывают больше, чем тратят, заставляют систему работать хорошо для большинства своего населения и находят способы создания и поддержания взаимовыгодных отношений со своими наиболее значимыми соперниками. Ряд империй и династий поддерживали себя на протяжении сотен лет, и Соединенные Штаты, которым 245 лет, доказали, что являются одной из самых долгоживущих.

Перевод. Оригинал статьи доступен в X.com